Детектив

Заповедник Ашвинов

Продолжение. Начало читайте: http://marshrut74.ru/the-reserve-of-the-ashwins-1/http://marshrut74.ru/the-reserve-of-the-ashwins-2/, http://marshrut74.ru/the-reserve-of-the-ashwins-3/ и http://marshrut74.ru/the-reserve-of-the-ashwins-4/.

Стороннее наблюдение лесного разведчика — не больше, не меньше — заключалось в том, чтобы узнать слабые места обороны города и тайну его внутреннего застенного строения. Другими словами, Вождю мешал этот город, и племена решили его разрушить.

…Откуда взялись бронзовые люди на их земле, никто в племени Ха уже не помнил.

Самые древние старики рассказывали, что бронзовые люди убегают от зимы с «противоположной стороны Эр (солнца)».

Они строят большие крепости-города почти в каждой долине; они умеют рождать из воды огонь такой силы, что в нем плавится медная руда; они вооружены бронзовыми ножами и копьями с бронзовыми наконечниками, по  сравнению с которыми деревянные и каменные изделия Ха — просто труха; они ездят на колесницах, в которые запряжены лошади; они, в конце концов, знают магию небесных «орехов».

Шу отвлекся на минуту от наблюдения за городом: по камню прямо перед его носом проползал паук. Разведчик поймал его и съел. Бурая жижа, которая раньше составляла внутренности паука, потекла по подбородку Шу, но он быстро поддел ее толстым грязным ногтем и затолкал обратно в рот.

Итак, город Березовый Дол имел круглую форму во всех отношениях.

Это значило, что внешняя стена (высота примерно три Шу) у него была круглой формы; сторожевые башни над четырьмя входами были круглые; внутренняя стена, возвышающаяся над внешней, грубо говоря, еще на полтора Шу, тоже была круглой.

Березовый Дол был похож на чайную чашку на блюдце.

Что находилось на дне чашки, дикарь, лежа на медвежьей шкуре на вершине горы, тоже разглядел. Там была площадь, над которой возвышалась третья, самая высокая крыша Агу-Кыр-Ага. Именно на эту площадь и должен, в конце концов, въехать на плечах своих «вассалов» Ве с победным венком на голове.

Но Шу еще не знал, как преодолеть двойной ряд крепостных стен, одна другой выше. К тому же перед внешней стеной вырыт глубокий ров.

Когда Шу только-только начал свое наблюдение за городом, шли сильные дожди, и вода во рву поднималась до краев. Потом несколько дней светил Эр, и город стоял в окружении третьего блестящего кольца.

Теперь вода во рву заметно спала — чуть больше половины глубины, но племена здесь все равно не пройдут. Тем более, не перелезет толстый Ве.

Шу начал вглядываться пристальнее и понял, что ворота, обозначенные во внешней стене углублениями и сторожевыми башнями, липовые. То есть не деревянные липовые, а липовые ложные. Ловушка для круглых дураков, какими считали бронзовые люди всех, кроме себя.

По крайней мере, ложными были те два входа, которые находились со стороны Шу. Уважая стремление бронзовых людей к симметрии, можно предположить, что и другие два входа тоже липовые.

Но КАК же они входят в город и выходят из него?

Может быть, все-таки один из входов настоящий?

Тогда нужно узнать какой — за эти сведенья Ве подарит Шу каменные бусы.

Но как это сделать, если горожане выходят в степь крайне редко, а повозки с медной рудой просто исчезают сразу же за крепостным рвом, словно растворяются, как плевки в пресной луже.

Что ж, Шу обязательно наберется храбрости и как-нибудь ночью подберется поближе к Агу-Кыр-Агу, чтобы узнать всю правду о входе. Без этого не имело смысла возвращаться к Совету.

После обеда стал сильно припекать Эр.

Даже с вершины горы лесной разведчик слышал, как гудел город Березовый Дол. И за внешними, и за внутренними стенами в ней выстроены из глины перегородки секторов-кузниц. Шу считал, что они были двухэтажными, как гнезда грачей на некоторых деревьях.

Шу полагал, что в каждом секторе вырыт свой колодец и приготовлен запас еды, а, значит, каждый сектор может превратиться в отдельную крепость, когда племена все-таки преодолеют первую стену.

…Город гудел, как осиное гнездо, в каждой его кузне кипела работа. Из труб валил дым, по формам разливался огненный металл, стучали «молотки» кузнецов. Пришлые люди изготавливали бронзовые мечи и наконечники, от которых у самого Ве тряслись поджилки и портилось пищеварение.

Вот если бы дикарям удалось наворовать побольше этого оружия!

Тогда бы в долине стоял не город Березовый Дол, а бугор конских яблок, и коы (бронзовые люди) не посмели бы уж ходить с таким умным видом и гордиться тем, что владеют тайными знаниями! Но пока Шу только изучал строения города.

В Березовом Доле было всего две тю (тропы, улицы), по которым ходили люди. Одна проходила по верху внешней стены обороны, другая — сразу же перед внутренней.

Обе тю не соединялись ни в одной точке, как края чашки и края блюдца, но бронзовые люди все равно как-то переходили с одной тю на другую, а потом еще оказывались под крышей, нависшей над центральной площадью.

Вот это загадка! Еще похлеще тех, почему Эр горячий, почему стволы кыры (берез) белые, а зуы (елей) — черные?..

Шу даже вспотел, вглядываясь, не существует ли между тю перемычек, хотя бы нор с подземными ходами. Но он ничего не смог разглядеть, кроме того, что сектора-кузни внешнего ряда имели выходы на «улицу», проходящую перед внутренней стеной, а сектора внутреннего ряда выходили на центральную площадь.

Может быть, некоторые кузни были смежными?

Но чтобы не ломать зря голову, Шу скажет Ве, что с тю на тю и с тю на ос (площадь, площадка, плац) можно пробраться по крышам секторов, лишь бы бронзовые люди своими пиками не кололи дикарям пятки через соломенные крыши.

…Следующей ночью Шу решил побывать на курганах мертвых горожан.

Как только на степь опустилась тьма, он покинул свой наблюдательный пункт и начал пробираться с горы вниз.

Эс (курганы) находились достаточно далеко от Агу-Кыр-Ага, в темноте, хоть сожми свои глаза в фигу, не рассмотреть.

Шу двинулся в путь,  и когда он миновал елово-березовый перелесок, курганы попали в прямую видимость разведчика. Их покатые склоны под полной луной отливали зеленым и были похожи на навозных жуков. Только курганы не ползали, они находились на том же месте, где Шу и видел их с горы.

У каменной гряды, окружающей три или четыре кургана, ко сделали ворота; Шу миновал их и бесстрашно двинулся к самому крупному эс. Его высота составляла три или четыре Шу, а по ширине он почти равнялся Агу-Кыр-Агу. Курган был сложен из бревенчатых клетей, заполненных землей. Клети ступенями поднимались к небу. А сверху над эс возвышался глиняный купол.

Шу с трудом вскарабкался по ступеням — ух и высотища же! Трудно представить, что все это смогли построить бронзовые люди. И если бы не рассказы стариков, которые своими глазами наблюдали все это строительство, Шу и представить  себе такого не смог.

От купола в глубь кургана оказался прорыт огромный колодец. Шу заглянул в него и ахнул: ре (колодец) имел три яруса, на самом дне его лежал скрючившийся мертвый ко,  словно спал, над ним были сделаны «полки» для оружия и горшков, еще выше находился третий этаж с конскими головами.

Бронзовые люди, в отличие от Ха и других племен, приручили лошадей, ездили на них сами, возили медную руду, ели их и приносили в жертву, чтобы потом положить в погребение вместе с покойным.

Мясо на конских головах немного смердело, но Шу не побрезговал этим, подтянул к себе одну голову и с аппетитом начал ее обгладывать. После трапезы лесного разведчика привлекли бронзовые изделия со второго яруса.

Среди них оказался нож.

Шу практически повис в колодце вниз головой, чтобы достать его. Нож был острым, как игла; его рукоять украшало литое изображение двух переплетенных змей, а дека была «завязана» в форме речного цветка. Шу несказанно обрадовался.

Странные все-таки люди эти коы — кладут в могилу к мертвому самое ценное и нужное, а потом еще и не охраняют ее.

Шу попробовал нож на зуб (нет сомнений, что таким можно пробить ребра даже медведю), повертел в руках, полюбовался на то, как лезвие блестит в лучах Рю (луны). А затем прижал нож к груди и боязливо огляделся. Не подошли ли еще желающие до этой наживы?!

А теперь с ножом Шу — настоящий воин, теперь в Ха (да что там в Ха! во всех лесных племенах!) будут знать его имя, как имя удачного мародера и владельца бронзового ножа!

Шу немного перевел дыхание. Нельзя расслабляться: все-таки он на чужой территории.

Прихватив с собой еще одну конскую голову и маленький горшок под воду, разведчик начал спускаться с эс и хотел уже возвращаться в свое гнездо, но передумал. Он осмелел до того, что решил посетить еще и жилище старого пастуха ко, которое находилось дальше всех от города.

В темноте жилище напоминало пригорок с пещерой. Такие в лесу не строят, поэтому Шу было трижды интересно рассмотреть вблизи агу (дом, жилище, поселок, город) бронзового человека.

Агу оказался низким и продолговатым; у него было два выхода, с одной стороны «короткой стены» и с другой. «Спереди» под деревянным навесом стояла обмазанная глиной печь, в которой уже дотлевали угли.

Не зная еще, что находится внутри, Шу подошел к хижине и лизнул языком стену. Казалось, агу построили из глиняных кирпичей с какой-то примесью. То ли старой травы, то ли навоза…

На ощупь стены были очень прочными, они легко выдерживали лютые ветры и снег.

Да, народу ко было чем гордиться без обиняков для Ха и других племен!

Если бы в лесах умели строить такие агу, никто бы не умирал после холодной осени и зимы. В таких домах было просто приятно жить, заводить семьи и растить детей…

Неожиданно кто-то сзади положил руку на плечо Шу.

Он дернулся, оглянулся и увидел седого старика ко. Длинные волосы свисали с его черепа, как шторки.

На вид человеку было уже много-много лет. Создавалось впечатление, что одной ногой он уже стоит в ре, но при этом оставался крепким и упитанным. «Рубаха» старика распахнулась, и Шу заметил, что на груди у ко практически нет растительности — бронзовые люди не были такими волосатыми, как Ха.

— Добрый вечер, — сказал старик и улыбнулся.

Шу вздрогнул, ему показалось, что седой ко сказал на наречии Ха: «Об ры ейер» («Смерть злой бежать»), — бессмыслица, но бессмыслица недобрая. И недолго думая, Шу воткнул нож в живот старика.

Бронзовый человек осел на колени и проронил:

— Зачем?

А Шу опять услышал только свое: «За мэ» («Подлость овца»).

— О за мэ (Сам подлость овца), — ответил ему лесной разведчик, старик повалился на бок.

Из уголка его рта вытекла тоненькая бурая струйка. Бронзовый нож, вероятно, проткнул ко легкое.

Старик умирал, закатив глаза, и Шу было противно смотреть на него. Он отправился изучать внутреннее убранство агу.

У «задней» стенки жилища располагался загон для мэ, здесь их содержалось около полусотни. Часть овец спала под открытым небом, часть разместилась в агу — внутри для них были сделаны перегородки.

Само жилище старика располагалось ближе к «переднему» выходу. Березовые подпорки в некоторых местах заметно покосились. На стенах крепились «полки» для глиняной посуды.

«Кухонные» ножи не представляли никакого ратного интереса, однако Шу собрал их за пазуху и взял в руки большой горшок с углями. Несколько сухих лучинок, и агу осветилось бледным прерывающимся светом.

Лесной разведчик на минуту задумался: «Откуда пришел этот народ на землю Ха? Кто научил его кузнечному делу и строительству городов? Кто подсказал ему, как приручить диких лошадей? Почему выбор пал только на коы, а не на Ха, скажем? Что такого необычного бронзовые люди видят на ночном небе? И почему Шу из рода Ха этого не видит?»

Но он отвлекся. Надо как следует рассмотреть жилище ко, чтобы было, о чем рассказывать Эйгры (Совету Старейшин).

Шу поковырялся ножом между кладкой в стене, старая глина хорошо крошилась. После этого его внимание снова привлекли горшки.

Разведчик попробовал откусить край одного сосуда, ничего не получилось. Наконец он заметил, что на посуду нанесены «узоры». Шу поднес к свету днище одного из горшков и определил, что перед ним… настоящий план Агу-Кыр-Ага!

Вот это удача!

Так-так, Шу уже располагает секретными разведданными.. Теперь необходимо их расшифровать, чтобы иметь полное представление об устройтве города бронзовых людей.

Внутри сосуда, который рассматривал разведчик, находилась странная белая жидкость.

Шу вылил чуточку молока себе на ладонь, осторожно лизнул его языком: жидкость оказалась жирной и вкусной.

Значит, вот она какая, вода у племени ко!

После молока Шу стал смело отпивать из других горшков и понял, что Ха безнадежно отстали по классу вкусовых качеств своих напитков. А горшок с таинственным орнаментом на днище Шу аккуратно сунул к себе за пазуху.

Затем разведчик обнаружил крупяной хлеб, завернутый в белую материю. Вид он имел старый, но не испорченный.

Шу оторвал кусок сырого мяса от головы погребальной лошади и зажевал его вместе с найденным хлебом. Конина была отличной на вкус, хлеб заметно ей проигрывал.

Потом Шу находил еще много непонятных ему вещей: крючки на осетров, гарпуны… какое-то странное каменное кольцо, похожее на Эр или маленькое колесо колесницы. В общем, удивлению Шу не было границ. Он только под утро с трудом затащил всю добычу на гору, повалился от усталости в свое каменное гнездо и тут же заснул.

…На следующий день Шу сделал потрясающее открытие, которое затмило собой все остальные. Ему просто повезло.

К Агу-Кыр-Агу подъехал всадник в рыжей лисьей шапке на голове. Шапку было хорошо видно издалека. Как он очутился в городе, оставалось непонятно, но вот лесной разведчик увидел его на первой тю, той, что проходит перед внутренней стеной обороны.

Всадник проехал вдоль всей стены, завершив тем самым круг, и вдруг… исчез из поля зрения Шу… вообще из виду. Через несколько мгновений он очутился уже на второй тю и постучал в «дверь» одного из секторов-кузней.

Так-так…

Значит, чтобы попасть с одной тю на вторую, нужно проехать весь круг, и только после этого… будет лаз? проход? проезд? Именно об этом Шу и расскажет на Совете.

Но остается пока загадкой, как преодолеть наружную крепостную стену, высота которой составляет почти три Шу.

На поле, в стороне от города, работали бронзовые люди. В руках у них были какие-то специальные металлические инструменты, которыми они срезали стебли крупяной травы, как головы врагов.

От реки Кхе к полю были проведены неглубокие каналы, по которым постоянно бежала вода и возвращалась обратно в реку. В некоторых местах каналы осыпались, и ко подравнивали их бронзовыми «лопатами».

Разведчик так увлекся своими наблюдениями, что не заметил, как сзади к нему подкрался мальчик, посланный Эйгры. Мальчик принес мясо, запеченное на костре, и сообщение от Ве.

— За коцы, за зуы! (Подлый кабан, подлая ель!) — закричал на него Шу, испуганный внезапным появлением мальчика со спины, но мясо все-таки взял и выслушал донесение.

— Агу гыры уа мач! Тыр гуа ии сывы, Шу! Рю ейер Агу-Кыр-Аг, Шу! (Продолжай искать дыры (входы, двери, ворота) в город. Шу, главное — (найди) расположение «хранилища с оружием»! Шу, под луной сбегай (к самому) городу Березовый Дол!)

— Ава Шу-Шу (Шу да Шу), — выругался разведчик на мальчика, на Совет, на Ве, на Ха и на весь лесной свет. Будто он сам не знает, что нужно делать!

Конечно, сегодня ночью Шу попытается приблизиться к стенам Агу-Кыр-Агу, несмотря на всю опасность этого предприятия, и найдет все-таки  гыр во внешней стене. Может быть, не один гыр, может быть, большой гыр! Такой, чтобы в него могло пройти все вооруженное племя Ха!

А для начала Шу высыпал на шкуру перед мальчиком несколько глиняных горшков с рисунками и показал свой нож.

— Ю! — проронил мальчик в восхищении.

Было решено, что он отнесет Ве добычу разведчика и скажет, чтобы племена начинали потихоньку грабить эс и агу пастухов на окраинах долины. Там подобного оружия много, Шу подтвердил свои слова соответствующим взмахом рук.

Особое внимание мальчика Шу обратил на орнамент, который украшал днище горшка.

— Ейер Агу-Кыр-Аг! Мач Шу! (Секрет города Березовый дол! Шу нашел!) — с гордостью в каждом междометии произнес разведчик.

— О-хо-хо! — воскликнул мальчик. Он ушел с горы довольным, унося с собой все находки разведчика, а Шу снова повернулся к городу и продолжил наблюдение.

Под вечер гул кузней становился все слабее и слабее, а с наступлением темноты все в Агу-Кыр-Аг затихло, только в небо убегало несколько тонких струек дыма.

Шу сжал в кулаке свой проверенный на человеке нож и спустился с горы.

В степи высокая трава скрывала его почти с головой, во всяком случае, разведчик всегда мог быстро присесть в ней, но пока особой опасности не было.

Рю светила с другой стороны агу, и тени уползали в сторону горы, поэтому Шу незамеченным спустился в ров с водой — ре было по горло — и стал пробираться вдоль стены.

На сторожевых башнях горели костры, часовые не спали, но не видели лесного разведчика в гнилой канаве. К тому же тот, случайно поскользнувшись, извалялся в грязи так, что теперь полностью сливался с мутной водой.

Шу подбирался к тому месту, где у крепостной стены исчез всадник в лисьей шапке. Так, еще несколько шагов по трясине.

Ноги вязли в донной жиже, нельзя долго стоять на одном месте, иначе с Шу может случиться то, что произошло со стариком Ух прошлой весной. Старик Ух прошел по тонкому льду лесного болота и провалился в полынью; ноги его сразу же схватил водный дух Рю и потащил старика на дно. Ух страшно кричал, но никто из Ха не рискнул броситься ему на помощь. А потом мерзлая болотная жижа стала зачерпываться в рот старика, и он захлебнулся.

Шу обошел почти весь агу кругом.

Так и есть, все четыре входа оказались ложными, для дураков. Но где-то все равно должен находиться настоящий гыр в город! И неожиданно Шу увидел его прямо перед собой.

Вход казался почти незаметным на темно-красной стене. Просто черный провал, словно лисья нора.

Разведчик вытянул голову над водой: часовых на башнях не было. Словно вымерли. И тут ему показалось… нет, это были просто галлюцинации… ему показалось, что на ночном небе горит отражение самого Агу-Кыр-Ага. Словно небесные «орехи» сложились в карту города, по крайней мере, в карту его центральной части.

Но если «развести глаза», то можно увидеть, что по краям звездного неба «орехи» продолжают складываться в сектора-кузни и стену внешнего ряда.

Шу моргнул, и видение исчезло, будто его и не было. Звезды снова рассыпались в беспорядке по темному небосклону.

Разведчик перевел дыхание, попил грязной водички и решил, что ему пора наконец-то обследовать единственный гыр в город Березовый Дол.

Шу выбрался из рва, прижался спиной к стене и подождал, пока с него стечет вода. Пожалуй, высота стены была меньше, чем три Шу, от силы два с половиной. Но в лесах и такие не строят!

Разведчик поскреб ножом по щели в кладке, та же самая глина и дерн. Такую стену не возьмешь ни приступом, ни огнем.

Когда Шу практически обсох, а шерсть на одежде покрылась испариной, он согнулся пополам и нырнул в проход. Внутри было темно и пахло берестяным дымом, но разведчик сразу же понял, что находится посередине толстой стены (уж точно три Шу в длину!).

Ход уводил разведчика в сторону.

Шагов через пятьдесят Шу вышел на небольшую площадку, на которой догорал бледный костер. Осмотрелся.

В бликах догорающего костра можно было рассмотреть три гыры, уходящие от загадочной ос. Шу вдохнул густой аромат костра, людьми здесь не пахло, и уже очень давно, и забрался в первый лаз. Что-то подсказывало, что в этой норе лучше было бы передвигаться на четвереньках. А Шу вообще лег на пузо и пополз по влажной земле. Ему было страшно поднять голову, и мысли путались от какого-то смутного тревожного предчувствия. И предчувствие его не подвело: вскоре разведчик уперся лбом в глиняную стену — тупик, он перевернулся на спину и увидел над собой торчащее из стены копье с острым бронзовым наконечником на конце. Ух, если бы дикарь шел в полный рост, висели бы его кишки сейчас на этом острие!

Второй проход, ведущий от внутренней ос, оказался гораздо длиннее первого, но он так же заканчивался тупиком и металлическим острием копья. Вот так ловушечка для дураков! Шу уже с ужасом представлял, что его ожидает в третий гыры: огромная каменная кувалда, падающая сверху и вбивающая дикаря в грунт, но опять что-то подсказывало, что ничего этого не будет. А на самом деле третий проход приведет его в город, прямо на тю перед внутренней стеной.

Шу долгое время  пробирался в полной темноте, на четвереньках, на пузе, по стенке, и вдруг проход сделал резкий поворот в сторону, и разведчик оказался в переулке между двумя секторами-кузнями. Прямо перед ним, шагах в шестидесяти, располагалась вторая тю. Шу облегченно вздохнул. Вытер на шее пот. Неужели все так просто?

Переулок был вымощен широкими березовыми «досками». Шу встал на них, «доски» зашатались. Так-так, разведчик заглянул под мостки и увидел внизу контуры огромной волчьей ямы. Да что там волчьей! Половина разъяренного племени Ха могла бы легко и непринужденно скрыться в ней с головой, а сверху бы упал толстый Ве и раздавил бы всех своих сородичей.

Об этом необходимо рассказать на Эйгры. Это злодейская ловушка! Если убрать березовые «доски», никто и никогда не попадет в Агу-Кыр-Аг!

Шу разнервничался. Ему пора было возвращаться, а он так и не прихватил из города никакого сувенира, и тут…

Навстречу ему по переулку шел старый ко. Судя по всему, безоружный. Но это был необычный ко, одежда его светилась, как три зеленых Рэ, и искрилась, а тело перемещалось по воздуху зигзагами, словно пятно рапсового масла по воде. Шу попятился от незнакомца и выставил перед собой бронзовый нож. Разведчик готов был побежать назад в гыр, но не мог — ноги не слушались его, а рука с боевым ножом опустилась и сама собой разжала пальцы…

Про Агу-Кыр-Аг в племени Ха рассказывали много чудес, но Шу никогда не слышал, чтобы ко могли обезоруживать чужаков на расстоянии. Между тем огненный старик подходил все ближе и ближе и улыбался. Шу, лежа на медвежьей шкуре в своем каменном гнезде на горе, шастая по степи в окрестностях города, разоряя чужой эс, бандитствуя на овчарне, не знал, что за ним уже давно и пристально наблюдает город. Шу и не подозревал, что этот глаз степи — Агу-Кыр-Аг — просто не мог не заметить его.

Дозорные ко несколько раз побывали на месте наблюдательного пункта разведчика в его отсутствие. Если бы не вонь подпорченной конины из кургана, вернувшись к себе на гору, Шу наверняка бы учуял: здесь побывали чужаки. Но тогда разведчик был слишком увлечен другим. Ему было не до этого. Город очаровал его и отвлек от главного — от бдительности.

Это не простительно для настоящего разведчика!

Почему же бронзовые люди не убили шпиона сразу? Потому что им самим было интересно наблюдать за ним. Все-таки Шу был первым иноплеменником, который заинтересовался их тайнами. Они ждали, что произойдет дальше. Ни мародерство на кургане, ни нападение на старого пастуха не заставили их отказаться от этого дубль-наблюдения.

И наконец-то бесстрашный Шу пробрался в их город и увидел многое. Но далеко не все…

Огненный человек остановился в двух шагах от Шу, и разведчик, к ужасу своему, узнал в нем убитого им старого пастуха. Только тот оказался жив.

Он поднял на животе свой огненный балахон и показал Шу небольшой рубец от его бронзового ножа. Рубец как рубец, у разведчика была добрая дюжина таких же, полученных при других обстоятельствах и не только бронзовым клинком. Но если бы Шу получил такой же удар ножом, он бы сразу издох, как коц на охоте. А старик, смотрите-ка, выжил! И уже на следующую ночь бродит по городским тю, как ни в чем не бывало. И улыбается!

— Добрый вечер, — сказал старый ко. («Об ры ейер».)

«Бежать! Это точно…» — подумал Шу, но по-прежнему не мог сдвинуться с места. И тут земля под ним задрожала. Стены, казалось, пришли в движение и начали вращаться — внутренняя в одну сторону, наружная в другую. С неба пошел золотой дождь, который не долетал до земли и испарялся. Разом вспыхнули все костры в мертвом городе. Загудели кузнечные печи; только кто работал в кузнях, несчастный Шу не мог понять. С крепостных стен посыпался песок и крупные куски «штукатурки», обнажая деревянный каркас и осыпая старика и разведчика с головы до ног.

Шу стоял, как вкопанный, и даже не смог закричать. Ноги подкосились, и шпион начал проваливаться, проваливаться, проваливаться…

Агу-Кыр-Аг раскрылся и… моргнул, раздавив все свои строения, глиняные горшки и закопав на веки вечные бронзовые побрякушки и ножи.

А когда Глаз долины снова раскрылся, внутри него полыхал пожар.

Глава 5. Стадо Поро Кугу Юмо

8.

С иностранцем Ольга познакомилась по Интернету, они долго переписывались, а когда встретились, девушка поняла, что влюблена. И можно смело утверждать, что замуж за Хаккинена  Ольга вышла по любви.

С Вилле было сложнее. Ему тогда уже стукнуло 35, он жил в университетском городке, в обычном общежитии для студентов, и занимался наукой. Его эпистолярный роман с русской девушкой радовал родню Вилле, и когда Ольга приехала в Финляндию и познакомилась с родителями своего жениха, Хаккинен-мама сразу сказала:

— Вилле, женись. Она хорошая девушка.

Продолжение следует…

Внимание! На сайте путешествий «Южноуральский маршрут» (http://marshrut74.ru/) продолжается запись в заочную Школу юных журналистов. 
1. Лекции по основам журналистики (Viber, WhatsApp, Skype). 
2. Практические задания, творческие эксперименты и контрольные работы. 
3. Публикация подготовленных материалов на сайте. 
4. Проведение занятий в индивидуальном порядке. 
Обучение платное. 
Обращайтесь на e-mail: marshrut-74@yandex.ruvla-verigo@yandex.ru
и по тел. 8-963-085-30-48.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *