Блиц-интервью о Южном Урале

Дмитрий Бавильский: «Походы для уральцев — это нормальный способ инициации»

Сегодня у нас состоялась «оперативная беседа на заданную тему» со столичным писателем, литературным критиком и журналистом Дмитрием Бавильским. Человеком, который живет на два города — Москву и Челябинск.

Дмитрий Бавильский

— Дмитрий, вы ходили раньше, в детстве и юности, в походы по родному краю? Какой из них особенно запомнился?

— Конечно, ходил. Мне кажется, для живущих на Урале это нормальный способ инициации. Первый такой поход был в средней школе, когда отец повел нас с моей младшей сестрой Леной и со своим другом Ершовым и его сыном Сережей в поход на Откликной хребет под Златоустом. Мы были в пути несколько дней, ночевали в палатке, готовили еду на костре. Это было в пятом-шестом классе, видимо. Нужно фотографии посмотреть, чтобы сказать точнее.

— Сейчас иногда удается выбраться «в глушь»?

— Смотря, что понимать под «глушью». У меня есть идея съездить, например, в село Уйское, куда моего папу распределили после окончания медицинского института и где папа создал в местной больнице хирургическое отделение — теперь, вероятно, об этом мало кто помнит. Просто над моим рабочим столом висит папин портрет, написанный маслом и увезенный на память с Уйской районной доски почета. Мы прожили там три года, и мне кажется, что я неплохо помню наши двухэтажные дома, стоящие в одну линию. Хотелось бы освежить воспоминания. А еще недавно я выступал в Миассе, куда меня пригласили пообщаться со студентами. Ну, и на Тургояке мы отдыхали с мамой пару лет назад.

— Дмитрий, какие у вас любимые «заповедные уголки» в наших палестинах?

— Озера, конечно же. Тургояк. Еловое. Зюраткуль… Малый Кременкуль, где у нас дача. Миасс, Златоуст… Холмы горнозаводского района, напоминающие ландшафты Тосканы.

— Если бы вам потребовалось показать «что-нибудь на Южном Урале» иностранному гостю, куда бы вы с ним отправились?

— В Аркаим.

— Чем, на ваш взгляд, памятники природы и истории Южного Урала выделяются в ряду таких же российских объектов?

— Я не могу сравнивать, так я тут вырос, и мне все здесь кажется особенным — как человеку, который тут живет и про все это знает изнутри. Все здесь мне кажется одухотворенным и каким-то неслучайным. Ну, а в других частях страны я просто гость. Любопытный, вежливый, воспитанный. Это как в соседский подъезд зайти — все там будет чужим, начиная с запахов.

— Достаточно ли хорошо сохраняются наши природные и исторические памятники?

— Мы себя-то плохо сберегаем, а чтобы еще памятники уберечь? Нужно иное, экологическое и хозяйское мышление, но это слишком общие слова. Нам сейчас не до природы — пока мы не живем, а выживаем. Да и не храним, что имеем, а вот когда утратим, начнутся собирания крох. Обычная для России история.

— Куда бы вы хотели съездить в нашей области сейчас? Кого бы выбрали себе в чичероне?

— Я бы снова посетил Аркаим, причем в компании знающего человека. Например, профессора Здановича из ЧелГУ.

Городище Аркаим с высоты птичьего полета

— Дмитрий, как вы считаете, есть у Челябинска свое собственное лицо, особость, которая выделяет его на фоне других городов? Что можно показать гостям в нашем мегаполисе?

— Знакомые и друзья по соцсетям постоянно спрашивают у меня, отправляясь в Челябинск, в командировку, что здесь можно посмотреть. Раньше эти вопросы ставили меня в тупик, так как музейная программа, как и прогулка по достопримечательностям, у нас крайне ограничены и способны занять небольшую часть одного дня. Тем более что пунктумы нашего города какие-то неочевидные и нужен сопровождающий, чтобы обратить на них внимание. Реющие флаги в основании корпусов Дворца пионеров. Первоначальный, конструктивистский вид главпочтампа. Прямизна Комсомольского проспекта или улицы Кашириных. Каслинское литье в оформлении драмтеатра. Фрески Дайнеки и его мастерской в фойе оперного. Панорама на развилке и разъезды у трамвайной остановки «Ветеринарная клиника». Градирни по дороге в аэропорт.

Все это нужно не просто любить, но и знать, отдавая себе отчет в странной красоте местных достопримечательностей. Они все равно не сравнятся с прогулкой по городскому бору, клином врезающемуся в самый центр города — аж в проспект Ленина. И я стал думать, отчего так происходит — если ехать к нам что-то смотреть, так это только природу — дикую в районе гор или обезображенную, как в «Долине смерти», отделяющей ЧМЗ от всего остального «промышленного и культурного центра-милионника». Потом понял, что культурные объекты традиционного склада, за которыми многие из нас ездят в Европу (история, ухоженность, комфорт) — это пример именно европейской цивилизации, тогда как Челябинск — все-таки, азиатский, восточный город. Он и возник как караван-сарай на окраине Великого шелкового пути, и верблюда в своем гербе содержит далеко не случайно. Театры и музеи это не наше. Наше — это первородная хтонь, снег и слякоть, хвойные и гранитовые. А еще медитация и созерцание, вместо рефлексии. Ну, и фатализм, вместо судьбы. Заманите гостей города на тропу пенсионеров в парке Гагарина, и будет всем счастье — и вам от свежего воздуха, и им.

Владислав Вериго