Детектив

Белая стрела

Продолжение. Начало читайте : http://marshrut74.ru/belaya-strela-1/http://marshrut74.ru/belaya-strela-ii/,  http://marshrut74.ru/belaya-strela-iii, http://marshrut74.ru/belaya-strela-ivhttp://marshrut74.ru/belaya-strela-v/http://marshrut74.ru/belaya-strela-vi/http://marshrut74.ru/belaya-strela-vii/http://marshrut74.ru/belaya-strela-viii/http://marshrut74.ru/belaya-strela-ix/ и http://marshrut74.ru/belaya-strela-x/

Не вызывало никаких сомнений, что снайпер, которого видел Вилен, оказался в этом доме не случайно. Надо проверить, чья это избушка на курьих ножках. Может быть, охотничий домик? Интересно, здесь охотничьи места?

В пустом доме Вилен заходил уже на второй круг. Тут явно не жили, это несложно было установить, но, судя по мусору на задворках, в доме нередко устраивались пирушки.

На деревянной столешнице остались следы от ножа — видимо, резали закуску. Рядом въелось пятно от чего-то пролитого; сохранился кружок, по размеру соответствующий дну пивной кружки. Под столом валялся полиэтиленовый мешочек с хлебными крошками, около него — жестяная крышка от водочной бутылки, тут же — обглоданная куриная косточка. Места для пикников в любой точке мира похожи друг на друга, хотя…

— Смотрите, тут сейф! — произнес кто-то из офицеров, также осматривавших дом.

В дальней стене действительно была вмонтирована стальная пластина с кнопками цифрового замка.

— Да тут такая кладка, что нужно трактором разрушать, — сказал полный капитан полиции, он снова был тут как тут.

— Ничего. Вызовем специалиста, он откроет, — возразили ему.

И точно — появился специалист, и цифровой замок поддался. В тайнике оказалась подставка для охотничьих ружей. Самих их не было. Значит, сейф используется только во время приезда охотников. Кто же они? Впрочем, теперь отыскать хозяев не составит труда.

Вероятно, все они люди состоятельные и привыкли к комфортабельным охотничьим гостиницам, оборудованным по всем правилам, где есть все и самого лучшего качества. Там эти тузы отдыхают в саунах, термах и банях с бассейнами, спят в отдельных номерах на белых простынях, пожирают деликатесы и пьют что-нибудь изысканное.

А что же тогда эта лачуга? Перевалочная база; место, куда можно завалиться на бронетехнике (или на чем они там ездят?), выпить, закусить, а чаще всего — нажраться, как свинья, вспоминая свою боевую юность. “Богатеньким буратино”, у которых есть все, всегда хочется простоты и рабоче-крестьянской душевности.

Кто же присматривает за всем этим хозяйством? Хоть и бомжатник, а все равно глаз нужен.

Вилен вышел из дома. У забора одиноко стоял лесник, на лодке которого они приплыли сюда с Сергеем. Контрразведчик подошел к леснику и спросил:

— Это ваше ведомство?

— Где уж, — протянул тот. — Тут, известное дело, другие хозяева.

— И кто же?

— А мне откуда знать. У нас тут все засекречено.

“Ладно, разберемся”, — подумал Вилен.

— Говорят, тебе так и не удалось помахать шашкой? — сзади подошел Полкан из областной конторы, бывший начальник Вилена. Он-то как здесь оказался? Вероятно, дело действительно приняло серьезный оборот.

— Ничего-ничего, — продолжил Полкан, — как говорят в таких случаях, и на твой век связки гранат хватит.

Вилен промолчал. Полкан был уже дядька в летах. Невысокого роста, широкий в плечах, с сединой на висках и большими густыми усами. Руки у него были размером как лопаты. Голос низкий и тихий, вернее, говорил он всегда тихо, без напряжения, но при необходимости, казалось, мог проорать на всю округу.

И тут у Вилена мелькнула неожиданная догадка: да это ж и есть дом того самого монстра, которого они растревожили с ­Сергеем. Заказчик убийств судьи, Ахмета, журналистки…

Как же так получилось, что, пустившись в бега, Матвей Паук попал на “охотничьи угодья” того, кто платил ему деньги? Знал ли убийца-наемник об этом? Или все получилось случайно? А может быть, Паук и спешил на встречу к этому монстру? Но для чего?

В своей длинной беспутной жизни Паук умел только одно — убивать. Не исключено, что он прибыл в эти места, чтобы отправить на тот свет своего заказчика. Но почему?

Интересное кино поучается (Сергей постоянно повторяет эту фразу).

Матвеич Паук понял, что в покое его все равно не оставят, и отправился кончать главаря. И это правильно — мафию нельзя победить, но можно обезглавить. И Паук, как всегда, хотел разделаться со своим противником голыми руками, то есть ножичком. А его встретили со снайперской винтовкой. И не с одной.

Вот так логово лютого монстра! Он тут возомнил себя богом, что ли? Кому расскажешь, не поверят: два офицера российских спецслужб, находясь при исполнении, попали под обстрел, предположительно, двумя снайперами. Один из офицеров тяжело ранен, госпитализирован… Кстати, как он?

Вилен достал из кармана мобильник и набрал номер больницы, куда отвезли ­Сергея. Там долго не брали трубку, наконец послышался сиплый голос дежурного врача.

— А-а, это товарищ нашего подстреленного, — сказал он. — Ничего… У него все в порядке. Только что нашего героя вернули из операционной… Да, завтра уже можно будет навестить его. Всего доброго.

Доктор клиники, расположенной при институте ядерной физики, как судачили злые языки в Ч-145, был крепко пьющим, хотя пьяным его никто из сослуживцев не видел. Потому что немолодой эскулап умел прятать концы в воду. Во время разговора по телефону он курил в подвальной комнате ядреную сигарету без фильтра.

Отключив трубку, доктор затушил окурок в глазнице гипсового черепа, из которого была сделана пепельница, и устало вышел из курилки. Двое санитаров, которые смолили в комнате вместе с ним, переглянулись с противными ухмылками на лицах.

Утром Сергею стало хуже, и его решили перевозить в областной центр.

Вилен встретил жену Сергея в больничном коридоре и по ее глазам сразу все понял.

Сергей продолжал бороться за жизнь, но шансы у него были ничтожными.

— Долго не могли точно сказать, в какой он больнице, — сказала женщина со слезами на глазах. — Я с трудом доехала сюда.

Вилен прижал ее к себе.

— Все будет хорошо. Сергей — крепкий парень, и не из такого выбирался.

— Я боюсь, Вилен.

— Все будет хорошо.

Но Сергею становилось все хуже и хуже.

— Что-то тут не так, ребята, — сказал кто-то из контрразведчиков. — Так не бывает, чтобы среди бела дня, в мирное время… Это ж какой-то беспредел!

Для Вилена, пока умирал его друг, все было как в тумане, он ничего не запомнил. Жена Сергея передала ему какой-то запечатанный конверт, сказала, что тот просил передать ему в случае, если с ним что-то случится.

— Но ведь еще ничего не случилось, — сказал Вилен.

— Все равно пусть будет у тебя. Раз Сергей сказал, значит, что-то важное.

Вилен несколько дней жил в Ч. Старые знакомые из конторы позвали Вилена сходить в “Подвал” — накатить грамм по сто. Вилен отказался. Были ли они с Сергеем друзьями? В привычном понимании слова, наверное, нет. Они были людьми, которые очень долго и плотно работали вместе. Они были надежными напарниками. Лучшего, чем был Сергей, и не придумаешь… Стоп! А почему в прошедшем времени? Он ведь жив! Живой наш Сергей.

— Вилен, — позвал кто-то на улице. — Как ты? Вот не думали, не гадали, что так быстро снова встретимся.

Это был дядька Борис Яковлевич.

—Ты не забросишь меня, старика, на дачку? Я уже отпустил своего водителя. Был тут, в конторе, да все уже решилось.

— Конечно, дядя, — сказал майор. — Когда поедем?

— Да хоть сейчас! Ох, Вилен, Вилен, мне как только сказали про нападение на вас, сразу с сердцем стало плохо. Это надо же — среди бела дня, в мирное время, Вилен…

— Да, — кивнул тот головой.

…С учетом того, что все дела в центре города контрразведчик сделал к четырем вечера, а потом была поездка с Лукашевичем к нему в коттеджный поселок, домой Вилен возвращался в темноте. На ночной трассе было безлюдно. Майор знал тут каждый километр и без опаски держал скорость 130. Припустил дождь, и такой сильный, что дворники, казалось, сбрасывали в стороны по ведру воды.

На ум пришло, как Сергей рассказывал про два типа водителей. Одни боятся всего и вся; они ездят только по первой, самой близкой к обочине полосе, максимум — по второй; в городе не превышают скорость 60, за городом — 90; обязательно пристегиваются ремнями безопасности и так далее, и тому подобное в этом духе. Вторые водители водят машину в кожаных перчатках-«велосипедках»; одну руку кладут на руль, другую — на рукоять ручного тормоза; выжимают из своих автомобилей все, на что они способны, и ничего не боятся на дороге. По статистике, говорил Сергей, чаще разбиваются на дорогах водители первого типа.

Вилен слишком поздно заметил огромный грейдер, который шпарил по полосе встречного движения с выключенными огнями. В свете фар облако водяных брызг, облепившее кабину грейдера, казалось желтым. Конечно, никакого водителя там, наверху, не было видно, но Вилену все-таки показалось, что тот улыбается.

Можно было бы, конечно, объехать его слева, но Вилен сильно вывернул руль, и Volkswagen Polo подбросило на ухабах. Грейдер толкнул иномарку ковшом, и она кубарем покатилась в придорожную канаву. Камни из-под колес грейдера забарабанили по крыше иномарки.

«Пьяный он там, что ли», — последнее, что подумал Вилен перед тем, как потерять сознание. Все прошло настолько быстро и без сучка без задоринки, что никак не было похоже на случайность.

Минуло полчаса. Для водителей и пассажиров автомашин, которые проезжали по трассе в это время, перевернутый Polo остался незамеченным. Однако вскоре около иномарки заскрипели тормоза, и из глубины своего небытия Вилен услышал:

— Ну надо же, какая все-таки женщина! — голос показался контрразведчику хорошо знакомым, но так сразу его было не узнать. — Как она его почувствовала! Ведь точно сказала, какой километр, даже елочки эти описала…

— Жив! — произнес другой человек уже над ухом Вилена. Это был Полкан. — Только переломанный, похоже, весь.

— Тащим его сюда, товарищ полковник.

Сильные руки схватили и потянули майора через выбитое лобовое стекло.

19

— Это кто-то из своих, — говорил в прошлый раз Сергей, когда они с Виленом сидели в кафе «Триарама». — Ну, или кто-то из максимально приближенных…

И теперь все части головоломки начали складывать воедино. Вилен дер­жал в руках странный конверт, который передала жена Сергея. В конверте была флешка, обычная черная флешка Ирины Фалл. На носителе были снимки, сделанные журналисткой в Средней Азии, когда она ездили следом за «Белой стрелой». Вилен видел снимки из этой серии, но на флешке были другие.

Как только появилась возможность, Вилен открыл флешку на компьютере и первое время был просто как громом пораженный. На многих фотографиях был директор ЧОПа, двоюродный брат Горика Серговича.

Вилен увеличил в фотошопе его лицо на всех снимках, где оно было, и выделил кружком. Директор был заснят и на перронах рядом с поездом, и при погрузке загадочных белых коробок в вагоны с фруктами, и на встрече с какими-то людьми из Средней Азии. Теперь директору придется многое объяснить.

Продолжение следует…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *